Вторник, 18.12.2018, 18:32
История Московского княжества
в лицах и биографиях
Меню сайта
Поиск

Каталог статей

Главная » Статьи » Золотая Орда и ее падение ч. 2

РАСПАД ЗОЛОТОЙ ОРДЫ - 1
ГЛАВА ПЯТАЯ РАСПАД ЗОЛОТОЙ ОРДЫ
"О конечном запустении Златыя Орды; и о царе ея, и о свободе, и величестве Русский земли, и чести".
Казанский летописец.
Выше мы видели, что последние годы жизни Едигея были для него очень печальны. Смуты в Золотой Орде принимали все более хаотический характер, когда трудно даже установить, кого из соперничающих ханов надлежит признать действительно руководящей фигурой. По сути Золотая Орда перестала быть единым государством с центральной властью, которой подчинялись бы все татарские улусы. В известной мере можно было бы сказать, что Золотой Орды в прежнем смысле уже не было, остались лишь одни татары, татарские улусы, возглавляемые ханами из дома Бату или Шейбана, т. е. из Золотой Орды или Белой Орды" Едигей был последним из золотоордынских правителей, кто не только стремился, но одно время и на деле осуществлял былое великодержавие татарской власти в Восточной Европе. Со времени борьбы с Тимур-ханом и Джёлал-ад-дином, т. е. с 1411 — 1412 гг., кончились и для Едигея возможности вести великодержавную политику. Татары перестали быть могущественным государством, но еще оставались силой, которая способна была беспокоить культурных соседей — Русь, Литву и Польшу.
Золотая Орда в эти годы смуты и политической анархии, почти хаоса, все больше теряла свои позиции в оседлых, земледельческих районах. Хорезм при Улугбеке, как мы видели выше, ушел второй раз из рук золотоордынских ханов, и на этот раз навсегда. Хорезм был богатейшей и культурнейшей областью с высокоразвитым сельским хозяйством, большими торговыми городами и, главное, с огромной местной и транзитной торговлей. Через Хорезм проходили караванные шути в Среднюю Азию, Иран, Монголию и Китай. Переход Хорезма в руки Тимуридов ставил крест на той торговле, которую, невидимому, собирался возродить Едигей и которая в до-тимуровские времена была одним из главных источников богатства ханской казны и золотоордынских купцов.
Приведенные выше свидетельства венецианских путешественников Иосафато Барбаро (1436 г.) и Амброзио Конта-рини (1476 г.) — определенно указывают, что поволжские города после разгрома их Тимуром в 1395 г. совсем не оправились. Да и как могло золотоордынское Поволжье оправиться в обстановке постоянных столкновений, боев и перемен власти? Нечто подобное, в меньшей мере, переживал и Крым, часто переходивший от одного хана к другому.
В связи с падением городской жизни и упадком земледелия в культурных областях не мог в эти годы не усилиться и кочевой сектор Золотоордынского государства. Именно в этой обстановке и подняли головы вожди отдельных мелких татарских улусов. Центробежные силы в степи осуществлялись прежде всего через стоящих во главе их царевичей чингиси-дова рода. Не трудно представить, как эта взаимная борьба отражалась на самом процессе государственного управления, на "нормальном" ходе поступлений с селений и городов в Булгаре, нижнем Поволжье, Северном Кавказе и Крыму. Нельзя пройти мимо тех изменений, которые должны были произойти в обстановке распада еще недавно могущественной татарской державы. Золотоордынские ханы прочно держались традиций, выработанных их более счастливыми в смысле власти предками XIII и XIV вв. Соперничающие ханы несомненно имели при своих дворах таких же чиновников, как и их могущественные предшественники — Токта, Узбек, Джанибек. Дошедшие до нас ярлыки конца XIV в, определенно на это указывают. Сама по себе степь давала меньше доходов ханской казне, чем подвластные города и селения земледельцев.
Власть на любой части Золотой Орды оценивалась прежде? всего по тому, что мог такой правитель получить с подвластных ему городов и селений. К доходным статьям относили татарские правители и набеги против русских, литовских, польских пограничных владений. Пока в Золотой Орде была твердая власть ханов, население более или менее знало тяготы и платежи. В периоды же смут и феодального хаоса никто не-знал, что, когда и кому он должен платить. Земледельческие-области переходили из рук в руки. Междоусобная борьба разрушала производительные силы, население беднело, продукция труда крестьян и ремесленников уменьшалась, а требования сменяющихся правителей росли. А между тем экономика переживала кризис. Торговля перестала носить транзитный характер: через Поволжье и Хорезм уже не-проходили, как прежде, караваны в Китай. Ремесла были в полном упадке и питали только местные рынки. В общем производительные силы Золотой Орды, искусственно питаемые и поддерживаемые насильственными мероприятиями золотоордынских ханов (например, переброска из покоренных стран и городов пленников: ремесленников, мастеров, художников и т. д.) во второй половине XIII и XIV в., пришли в XV в. в полное расстройство благодаря непрерывным смутам. В такой обстановке недовольное население могло желать только длительной и прочной власти, причем выход из создавшегося положения видело-в образовании на своей территории самостоятельного владения.
Чтобы понять самый ход политических событий в Восточной Европе в связи с распадом Золотой Орды, следует хотя бы в самых кратких чертах представить — как относились к Золотой Орде соседние с ней государства. Средняя Азия, как известно, находилась в течение всего XV в. в руках Тимуридов, причем мало интересовалась татарами юго-восточной Европы и все свое внимание сосредоточивала на отношениях с белоордынскими кочевниками узбеками. Основная задача Тимуридов, начиная с Улугбека (1409 — 1449), заключалась в том, чтобы предохранить оседлые области от набегов. Тимуриды, если исключить неудачную активную политику Улугбека против Борак-хана в 20-х годах XV в., наступательной линии против Ак-Орды не вели, а только более или менее удачно до конца XV в. оборонялись.
Иное дело — западные и северо-западные соседи Золотой Орды. Москва, Литва и Польша были уже не те, что в XIV в. Первая выросла экономически и культурно, причем в значительной мере уже ликвидировала феодальную раздробленность на Руси. Рост ее производительных сил нам уже приходилось отмечать в предшествующей, т. е. четвертой главе. Вместе с ростом производительных сил, а также общественным и политическим развитием Москва в первой половине XV в. начала держать себя активно в отношении к татарам, присматривалась к слабым сторонам татарской политической жизни и искала возможности использовать их в своих интересах.
Московские дипломаты умели заключить союз с кем-нибудь из соперничающих ханов и с помощью такого своего союзника ослабить более опасного соседа. После смерти Димитрия Донского все его преемники — Василий I, Василий Темный, Иван III, — один лучше, другой хуже, но все неизменно вели курс на полное освобождение от татарской зависимости. Выше уже указывалось, что если бы Литва не ставила себе целей захвата чисто русских земель, не заключала бы ради этого союзов с татарскими ханами и поддержала бы Москву в ее борьбе с Золотой Ордой, то татарский вопрос был бы разрешен в Восточной Европе значительно раньше. Но дело все в том, что Витовту татары в период распада Золотой Орды были полезны. Конечно, он не хотел восстановления могущественной Золотой Орды эпохи Узбек-хана, однако татарские враждующие улусы были ему на-руку, так как в их составе всегда можно найти ярых охотников до грабительского набега на московские области. Ниже мы будем иметь возможность убедиться, насколько сильна была эта линия поведения в литовско-татарских отношениях. Такова же по существу была и точка зрения господствующего класса тогдашней Польши.
Еще до смерти Едигея (в 1419 г.) власть в Золотой Орде захватил четвертый сын Тохтамыш-хана — Джаббар-Берди. Согласно Абд-ар-Реззаку Самарканду произошло это в 1416 г.

 

 

Категория: Золотая Орда и ее падение ч. 2 | Добавил: defaultNick (28.02.2012)
Просмотров: 1231 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный хостинг uCoz


Яндекс.Метрика